Величайшая благодарность Эдуарду Михайловичу Беляеву, автору книги «Письма сороковых» (Можга, 2014г.) за тот факт, что довел в ней подлинный текст письма одного из троих братьев Ладыгиных, погибших на фронтах Второй Мировой войны в годы с 1941 по 1945. Эта замечательная книга вышла небольшим тиражом, поэтому считаю, что не будет лишним привести текст письма нашего соотечественника на сайте «Воткинский бестселлер».

Ладыгин Георгий (Ladygin George)

Для справки:

Ладыгин Георгий Михайлович родился в городе Воткинске. Гвардии старший сержант, танкист. Погиб в бою 16 февраля 1944 года. Похоронен в поселке Синимяэ, Эстония.

Его братья:

Ладыгин Николай Михайлович, родился в 1910 году в Воткинске. Призван в 1941 году. Гвардии младший лейтенант. Умер от ран 09.08.1944 года. Похоронен в городе Мадона, Латвия.

Ладыгин Анатолий Михайлович родился в 1921 году в городе Воткинске. Призван в 1940 году. Сержант, пилот. Погиб в воздушном бою 26.01.1943 года. Похоронен в селе Пиховка Ростовской области.

С их кончиной род Ладыгиных оборвался…

Иллюстрацией к письму Георгия Михайловича Ладыгина является фотография «Физкультурники команды юных футболистов» (athletes team of young players).1933 г.
Первый слева во втором ряду сидит Георгий

Из письма Ладыгина Георгия Михайловича школьному товарищу, Харалдину Виктору Петровичу. Письмо написано приблизительно весной 1942 года.

«Эге! Вот ты когда попался мне на глаза! А то было, я собирался записать тебя в поминальник. Ну, раз так, то добрый день или вечер (смотря по времени получения письма). Виктор Харалдин, друг, душа любезный, вот, значит, ты и откомандировался по чистой совести, со спокойною душою, зная, что честно выполнил свой долг перед народом, Родиной и правительством. Что, рука болит? И ты за это проклинаешь на чем свет стоит все и всех в подлунном мире. Потерпи, настанет время, и все пройдет. Сам знаешь, что в здоровом теле здоровый дух, который все побеждает. Да, немного не так кончилось у тебя, как я думал, но все же благоприятнее, чем можно было ожидать. Ты инвалид 1 группы. Ну что же, это только на несколько лет, а там может, и поправится. Ведь рука-то у тебя цела, на месте. Хотя знаешь, трудно судить обо всем этом, не зная истинной величины травматического повреждения. Ты напишешь мине об этом и свое заключение выведешь, на что еще ты способен. Несколько слов напишу о себе. Правда, много и много придется сократить. Придется дать только намеками, но постараюсь как можно больше осветить свою жизнь в период от начала войны и до самого сегодняшнего дня. Но предупреждаю со всей строгостью закона, что здесь в письме, ты узнаешь вещи, о которых знает только один человек – это я, и я хочу, чтобы больше никто до поры до времени не знал этих вещей. Ну, знаешь сам, что война свалилась, как снег на голову, совершенно неожиданно. Именно так, что некоторые военные не могли долго опомниться. Я был танкист, преданный душой и телом своей Родине, своей коммунистической партии. Мы приняли первые удары врага. Героически сражались и с гимном на устах погибали, погибали героями. Но противник – сильный, коварный и нам приходилось пядь за пядью, с кровью на сердце отдавать на поругание свою Родину, советский народ. Таков первый период моей борьбы с людоедами 20 века. Пал Псков… Мы потеряли много  материальной части, и лучшие танкисты погибли в огне зажженных машин. В июле, в первых числах, я и мои сверстники были откомандированы на учебу. Мы, потеряв в бою свои машины, озлобленные до самых пределов, так взялись за учебу, что в течение июля закончили и поехали на завод получать новую материальную часть – боевую машину танк КВ. И вот снова я на фронте, снова ожесточенные схватки с врагом. Но теперь уже нам пришлось легче. Машина сохраняла нас из боя и выходила при любых обстоятельствах. Вот в этот – то период я много отомстил врагу. Мы уничтожали тараном его машины, враг не решался на лобовые атаки и поворачивал назад.  Враг применил новый вид оружия – термитный снаряд, и стал выводить из боя одну машину за другой. Была выведена из строя и моя машина в бою за деревню Федоровка под Слуцком. Капитальный ремонт. Полмесяца отдыха и снова на фронт, но на другой, более ответственный участок фронта. Передо мной Нева. Ноябрь месяц. Враг стремится замкнуть железное кольцо блокады вокруг города Ленина – города революции. Народ и бойцы отдают все, чтобы остановить врага, и враг был остановлен. В бою на левом берегу Невы я был ранен, а трое из экипажа убиты. И вот госпиталь. Настала суровая зима, которая принесла так много лишений жителям и защитникам Ленинграда. Но мы не сдались. В госпитале я пролежал всю зиму и начало весны. Раны зарубцевались, но я остался на всю жизнь со зрением только на левый глаз. Правый глаз, раненный, абсолютно ничего не видит, хотя по внешним признакам этого не заметишь. Весна в полном разгаре. Ленинградцы приводят в порядок свой город после зимы. Все кругом кипит. Ну, и я тоже выписался с бумажкой на руках, где говорится, что по статье такой-то, такой-то расписания болезней НКО признан годным к нестроевой службе. С батальона выздоравливающих я попал нежданно-негаданно в пехотную часть, где и продолжаю служить. Но очень горько на душе, ведь три года был танкистом, водил в бой красавицу КВ и тут на…  Ну, пока писать больше не могу. Твой друг Георгий. Пиши»

Автор сайта «Воткинский бестселлер»

Комментировать